Совместный проект российского общества сомнологов и научно-практического центра «Интеллект»
под руководством д.м.н., профессора Захарова В.В.
Онлайн академия по инсомнии
Практикум для врача по инсомнии — 360°
Нарушение сна
как междисциплинарная проблема
Нарушения сна, ассоциированные с пандемией COVID-19

Глобальная пандемия COVID-19 (SARS-CoV-2) обострила ситуацию с распространением нарушений сна среди различных групп населения, тем самым обозначив серьезный вызов для специалистов в области психического здоровья [1]. Любые чрезвычайные ситуации в сфере общественного здравоохранения сопровождаются изменениями в психическом здоровье людей. Уже известно, что коронавирусная инфекция способна вызывать широкий спектр проблем с психическим здоровьем и благополучием не только у переболевших, но также и у здоровых людей — детей, студентов, медицинских работников и пациентов с психическими заболеваниями: например, с рекуррентной депрессией, обсессивно-компульсивным расстройством, генерализованным тревожным расстройством и т. д. Все это связано со скоростью распространения COVID-19, высокой смертностью и опасениями из-за будущего [2].

Распространенность нарушений сна варьируется широко — от 2,3% до 76,6% [3]. Вопрос связи между нарушениями сна и COVID-19 остается открытым по сей день, поскольку данные отношения не всегда вписываются в логику причинно-следственных связей в клинической практике — они скорее говорят о механизме последействий, когда следствие выбирает причины [4].

Сон — это фундаментальный феномен центральной нервной системы (ЦНС) и он также играет важную роль в регуляции клеточных процессов и гуморального иммунитета, поэтому недосыпание может снизить иммунный ответ. У людей с подтвержденной коронавирусной инфекцией сокращается продолжительность сна во время инкубационного периода и увеличивается во время симптоматической фазы, что получило название «ковид-ассоциированные нарушения сна» — COVID-19-associated sleep disorders [5]. При получении эффективного лечения наблюдается быстрое возвращение к исходной продолжительности сна [6].

В основном у людей, заболевших COVID-19, нарушения сна проявляются в виде бессонницы (пресомнические нарушения) и синдрома беспокойных ног — возможно, это непосредственно связано с инфекцией, гипоксией и психическим состоянием [5]. Согласно исследованиям, изменения сна, связанные с инфекцией, являются компонентом реакции острой фазы, которая способствует выздоровлению во время болезни — с помощью механизмов, включающих цитокины и интерлейкины. Поскольку вирус может достигать ЦНС и через носовые, и через гематогенные маршруты, то последующая секреция этих иммунологических медиаторов сопровождается реакциями со стороны нервной и эндокринной систем [7–9]. Такая иммунная реакция при коронавирусной инфекции, как цитокиновый шторм, приводит к воспалению и повреждению ЦНС — преимущественно повреждаются области, участвующие в регуляции сна: префронтальная кора, базальные ганглии, гипоталамус [10].

Центральными симптомами бессонницы, наблюдающимися во время острой респираторной инфекции, являются: плохое качество сна, трудности засыпания, беспокойный и неглубокий сон с обильными сновидениями и кошмарами — они связаны с иммунными процессами, которые способствуют развитию патологических форм нарушения сна. Феномен ковид-ассоциированных нарушений сна включает в себя также и целый спектр изменений во сне, таких как бессонница (интрасомнические нарушения), апноэ во сне, ночной террор, ночные панические атаки, материнская инсомния и расстройства поведения во время фазы быстрого сна.

Возможно, высокая распространенность нарушений сна, замеченная во время пандемии, может быть отнесена к бессимптомному инфицированию коронавирусом, что требует дальнейшего исследования [5].
Уже после перенесенного пациентом заболевания у него также могут наблюдаться симптомы бессонницы — они, скорее всего, вызываются тревогой ожидания рецидива или тахикардиальными проявлениями. Однако клинический опыт показывает, что, независимо от снижения системного воспаления и гипоксемии, нарушения сна остаются даже после выздоровления. Следует отметить, что никакой связи между бессонницей / плохим качеством сна и заболеваемостью / смертностью от COVID-19 нет [4, 6, 11, 12].

Высокому риску бессонницы и нарушений сна подвергаются и медицинские работники, особенно работающие в условиях непосредственной опасности заражения. Значительными факторами риска являются повышенная нагрузка, ненормированная посменная работа, страх заражения — это может приводить к более высокому психосоциальному стрессу и эмоциональному выгоранию [13].

Нарушения сна среди медицинских сотрудников в период пандемии коронавируса могут быть вызваны следующими факторами [12, 14–17]:

  • страх заразиться вирусом (коронафобия);
  • беспокойство по поводу болезни (искаженное восприятие болезни и здоровья);
  • неуверенность в лечении и профилактических мерах и негативное отношение к мерам контроля;
  • самостигматизация, ковид-ассоциированная виктимизация;
  • синдром сенсорного истощения;
  • экономический (финансовый) стресс;
  • ограничение социальной дистанции, отсутствие возможности для физической активности, пребывание дома без работы;
  • склонность воспринимать ситуации как стрессовые (катастрофизация);
  • реактивность сна;
  • дисфункциональные убеждения о сне.

В нынешних условиях пандемии и коронавирусных ограничений специалистам в области психического здоровья рекомендуется регулярно проверять наличие изменений в психическом здоровье не только у пациентов, заболевших и перенесших COVID-19, но также и у тех людей, у которых присутствует страх заразиться.

Источники:

  • 1. Tasnim S., Rahman M. Epidemiology of sleep disorders during COVID-19 pandemic: A systematic scoping review // OSFHome. 2020. Vol. 3, no. 1. Р. 19–26.
  • 2. McCracken L.M., Badinlou F. Psychological impact of COVID-19 in the Swedish population: Depression, anxiety, and insomnia and their associations to risk and vulnerability factors // European psychiatry: the journal of the Association of European Psychiatrists, 2020. Vol. 63, no. 1. Р. 81–88.
  • 3. Morin C.M., Carrier J. The acute effects of the COVID-19 pandemic on insomnia and psychological symptoms // Sleep medicine. 2020. Vol. 20, no. 3. Р. 19–25.
  • 4. Gupta R., Seithikurippu R. COVID-Somnia: How the Pandemic Affects Sleep/Wake Regulation and How to Deal with it? // Sleep and Vigilance 2020. Vol. 4. Р. 18–29.
  • 5. Abdelhady A. COVID-19-associated sleep disorders: A case report // Neurobiol Sleep Circadian Rhythms. 2020. Vol. 9, no. 2. P. 3–5.
  • 6. Das G., Mukherjee N., Ghosh S. Neurological insights of COVID-19 pandemic // ACS Chem. Neurosci. 2020. Vol. 11, no. 2. Р. 1206–1211.
  • 7. Asmundson G.J., Taylor S. Coronaphobia: Fear and the 2019-nCoV outbreak // Journal of Anxiety Disorders. 2020. Vol. 70. Р. 10–21.
  • 8. Ibarra-Coronado E.G., Pantaleón-Martínez A.M. The Bidirectional Relationship between Sleep and Immunity against Infections. // J. Immunol Res. 2015. Vol. 3, no. 1. Р. 67–75.
  • 9. Li S.H., Graham B.M. Why are women so vulnerable to anxiety, trauma-related and stress-related disorders? The potential role of sex hormones // Lancet Psychiatry. 2017. No. 4. Р. 73–82.
  • 10. Besedovsky L., Lange T., Haack M. The sleep-immune crosstalk in health and disease // Physiol. Rev. 2019. Vol. 99, No. 10. Р. 1325–1380.
  • 11. Markku P. COVID-19-related sleep disorders // The Lancet. 2020. Vol. 20, no. 1. Р. 18–26.
  • 12. Sharma V.K., Jinadatha C. Environmental chemistry is most relevant to study coronavirus pandemics // Environ Chem Lett. 2020. Vol. 8, no. 2. Р. 1–4.
  • 13. Hossain M., Sultana A. Epidemiology of mental health problems in COVID-19: a review // F1000 Research. 2020.Vol. 9. Р. 636–644.
  • 14. Fang H., Tu S., Sheng J. Depression in sleep disturbance: a review on a bidirectional relationship, mechanisms and treatment // J. Cell. Mol. Med. 2019. Vol. 23, no. 1. P. 2324–2332.
  • 15. Lee S.A. Coronavirus Anxiety Scale: A brief mental health screener for COVID-19 related anxiety // Death Stud. 2020. Vol. 44, no. 7. Р. 393–401.
  • 16. Li Y., Qin Q., Sun Q. Insomnia and psychological reactions during the COVID-19 outbreak in China. // J Clin Sleep Med. 2020. Vol. 16, no. 8. Р. 1417–1420.
  • 17. McCracken L.M., Badinlou F. Psychological impact of COVID-19 in the Swedish population: Depression, anxiety, and insomnia and their associations to risk and vulnerability factors // European psychiatry: the journal of the Association of European Psychiatrists, 2020. Vol. 63, no. 1. Р. 81–88.